Перевод песни She's your lover now (Bob Dylan)

The pawnbroker roared
Also, so, so did the landlord
The scene was so crazy, wasn’t it?
Both were so glad
To watch me destroy what I had
Pain sure brings out the best in people, doesn’t it?
Why didn’t you just leave me
if you didn’t want to stay?
Why’d you have to treat me so bad?
Did it have to be that way?
Now you stand here expectin’ me to remember something’
you forgot to say
Yes, and you, I see you’re still with her, well
That’s fine ’cause she’s comin’ on so strange,
can’t you tell?
Somebody had better explain
She’s got her iron chain
I’d do it, but I, I just can’t remember how
You talk to her
She’s your lover now

I already assumed
That we’re in the felony room
But I ain’t a judge, you don’t have to be nice to me
But please tell that
To your friend in the cowboy hat
You know he keeps on saying’ everything’ twice to me
You know I was straight with you
You know I’ve never tried to change you in any way
You know if you didn’t want to be with me
That you didn’t have to stay
Now you stand here sayin’ you forgive and forget.
Honey, what can I say?
Yes, you, you just sit around and ask for ashtrays,
can’t you reach?
I see you kiss her on the cheek ev’rytime
she gives a speech
With her picture books of the pyramid
And her postcards of Billy the Kid
(why must everybody bow?)
You better talk to her ’bout it
You’re her lover now

Oh, everybody that cares
Is going up the castle stairs
But I’m not up in your castle, honey
It’s true, I just can’t recall
San Francisco at all
I can’t even remember El Paso, uh, honey
You never had to be faithful
I never wanted you to grieve
Oh, why was it so hard for you
If you didn’t want to be with me, just to leave?
Now you stand here while your finger’s going’ up my sleeve
An’ you, just what do you do anyway?
Ain’t there nothing’ you can say?
She’ll be standing’ on the bar soon
With a fish head and a harpoon
And a fake beard plastered on her brow
You’d better do something quick
She’s your lover now

Oh, why must I fall into this sadness?
Do I look like Charles Atlas?
Do you think I still got what you still got baby?
My voice is really warm
It's just there, it ain't got no form
But it's just like a dead man's last pistol shot, baby
Ah, your mouth used to be so naked
Your eyes used to be so blue
Your hurts used to be so nameless
And your tears used to be so few
Now your mouth cries wolf
While your mouth cries
"I'm not scared of animals like you."
And you, there's been nothing of you I can recall;
I just saw you that one time.
You were just there, that's all.
But, I've already been kissed,
I'm not gonna get into this.
I couldn't make it, anyhow.
You do it for me,
You're her lover now

Ростовщик орал на меня
Так же, как и домовладелец.
Это было безумное зрелище, не так ли?
Им обоим было так радостно
Наблюдать, как я всё разрушаю своими руками.
Несомненно, боль пробуждает всё лучшее в людях, не так ли?
Почему ты просто не ушла от меня,
Если не хотела оставаться?
Зачем тебе было нужно так плохо обращаться со мной?
Неужели всё так и должно было быть?
А теперь ты стоишь здесь и ждёшь, что я вспомню то,
Что ты забыла сказать.
А ты, я вижу, всё ещё с ней, что ж,
Это прекрасно, ведь она ведёт себя так странно,
Разве ты этого не замечаешь?
Лучше, чтобы тебе кто-нибудь объяснил,
Что у неё есть своя собственная железная цепь.
Я бы объяснил, но просто забыл, как это делается.
Поговори с ней,
Теперь же она твоя любовница.

Я допускаю,
Что мы уже в уголовном отделе,
Но я не судья, и ты не обязана быть милой со мной.
Но скажи это, пожалуйста,
Своему дружку в ковбойской шляпе.
Ты знаешь, что он не перестаёт рассказывать мне всё дважды.
Ты же знаешь, что я был честен с тобой.
Ты знаешь, что я никогда не пытался тебя изменить.
Ты знаешь, что если бы не захотела быть со мной,
Тебе не нужно было оставаться.
А теперь ты стоишь здесь и говоришь, что всё простила и забыла.
Милая, ну что я могу сказать?
Ты просто сидишь и просишь передать тебе пепельницу,
А сама ты не можешь её взять?
Я вижу, как ты целуешь её в щёчку каждый раз,
Когда она произносит речь
Со своими иллюстрированными книжками о пирамиде
И своими открытками с Билли Кидом
(почему все должны при этом кланяться?)
Тебе лучше поговорить с ней об этом,
Теперь же ты её любовница.

Все небезразличные
Поднимаются по лестнице замка,
Но я не в твоём замке, милая.
Это правда, я совсем не помню
Сан-Франциско,
Я даже не помню Эль-Пасо, милая.
От тебя никогда не требовалось хранить верность,
Я никогда не хотел, чтобы ты горевала.
Разве тебе было так трудно уйти,
Если ты не хотела быть со мной?
А теперь ты стоишь здесь и теребишь меня за рукав.
Чем ты, вообще, занимаешься?
Тебе что, нечего сказать?
Скоро она будет стоять на барной стойке
С загарпуненной рыбьей головой
И наклеенной на лоб накладной бородой.
Тебе нужно поскорее что-то с этим делать,
Теперь же она твоя любовница.

К чему мне грустить?
Я похож на Чарли Атласа?¹
Думаешь, я всё ещё владею тем же, чем и ты, детка?
У меня очень тёплый голос,
Он просто есть, он не оформлен,
Но он звучит, как последний выстрел из пистолета мертвеца, детка.
Раньше твой ротик был так открыт,
А глаза были такие голубые.
Твои раны были такими безымянными,
И у тебя почти совсем не было слёз.
А теперь из твоего ротика доносится крик: «Волк!»,
В то время, когда ты кричишь:
«Я не боюсь таких животных, как ты!»
И я совсем не помню, какая ты на самом деле,
Я видел тебя всего лишь однажды.
Ты просто была со мной, вот и всё.
Но я уже зацелован
И не собираюсь в это встревать.
У меня всё равно бы не получилось.
Ты сделаешь это за меня,
Теперь же ты её любовница.