Перевод песни We who fell in love with the sea (Rome)

I shall retrace my steps
To cover up my tracks
To conceal my taste for treason
To detach you from me
And the hatred offered by a fathers heart
Will always keep brothers apart
We are tranquil and benevolent
We don't like noisy surprises
We stay on the move
For stillness brings death
And slowness brings fear

We men of cold politeness
Shall never melt into that kindness of yours
No matter how we try

You say why weep over what?
We say weep until the weepings done
And we shall weep for another day
For what binds us to our grief
Binds the sculptor to his clay
For what binds us to our grief
Binds the sculptor to his clay
We are the most alive
The most rootless
With whips and chains we cross
The ruins of Europe
And from time to time
Trapped in reflections
We feel there's no place
No home for us but this land

This land is mine
This land is yours

You only suffer as long as you want to
Men like us do not let each other drown

We share the sweetest black bread
That delicate grain of scorn

No god, no master, no master slave
I no longer serve you, nor your palace of flesh
When loneliness spreads out
Between our sheets
Our sacrifice is a knife at the throat of time
But we shall cut it up some other day
For what binds us to our grief
Binds the sculptor to his clay
For what binds us to our grief
Binds the sculptor to his clay
In life, in love, in longing
I know
I deserted like you

Without wealth, without property
Without official title or office...

Я снова пройду по своим следам,
чтобы замести их,
чтобы скрыть свою тягу к измене,
чтобы отделить тебя от себя.
Ненависть, зародившаяся в сердцах отцов,
во веки веков будет разделять братьев.
Мы спокойны и доброжелательны,
нам не нравятся шумные сюрпризы.
Мы всегда в движении,
ибо покой несёт смерть,
а промедление — страх.

Мы, те, кто холодно вежлив,
никогда не растаем от вашей доброты,
неважно, как сильно пытаемся.

Вы спросите, зачем рыдать, над чем?
Мы ответим: будем рыдать, пока не иссохнут слёзы,
и на следующий день,
ведь то, что связывает нас с горем,
связывает скульптора с глиной.
Ибо то, что связывает нас с горем,
Связывает скульптора с глиной.
Мы — самые живые,
самые неприкаянные.
С плетьми и цепями мы пересекаем
руины Европы
и время от времени,
поддавшись размышлениям,
чувствуем, что нет у нас
иного дома, кроме этой земли.

Эта земля моя,
эта земля твоя.

Страдание длится лишь до тех пор, пока ты этого хочешь.
Такие, как мы, не дают друг другу потонуть.

Мы делим друг с другом сладчайший чёрный хлеб,
эту изысканную кроху презрения.

Ни бога, ни господина, ни надсмотрщика.
Я больше не служу ни вам, ни вашим дворцам плоти.
Когда одиночество просачивается
сквозь наши простыни,
наша жертва — нож у глотки времени,
но перережем мы её в другой день.
Ибо то, что связывает нас с горем,
связывает скульптора с глиной.
Ибо то, что связывает нас с горем,
связывает скульптора с глиной.
В жизни, любви, желании
я знаю,
Я оставил всех и вся так же, как ты.

Без богатств, без имущества,
без титула или поста...