Перевод песни Lettre à mon fils (Serge Lama)

Je jetterai bien quelques pierres
Même si ce n’est pas bien admis
Dans le jardin de Robespierre
Qui massacrât tous ses amis
Cet impuissant fiévreux et pâle
Qui, sous couvert de liberté
Créa la solution finale
Et génocida la Vendée
Et sur Fouché, massacreur sans vergogne
Des lyonnais par paquets de cent
Puis qui devînt le chef des cognes
D’un corse, devenu puissant
Napoléon, ce Bonaparte
Qui se l’est joué empereur
Puis qui joua l’Europe aux cartes
Au gré de sa mauvaise humeur

Cueillons des cerises pour la commune
Et pour les rêves de Jaurés
Des cimetiéres où sous la lune
Mon fils on en creuse sans cesse

Hélas, des Hitler y’en a plein l’histoire
De Néron jusqu’à Pinochet
À Staline qui nous fît croire
À des lendemains qui chantaient
Des Mao, des Savonarole
Des Torquemada, des Franco
Dés qu’un pékin prend la parole
J’en ai des frissons dans le dos
J’ajoute messieurs Ford et Rockfeller
Ces rois de l’American Way
Ces tueurs qui n’en n’ont pas l’air
Ces massacreurs d’en temps de paix
Je hais la phrase toute faite
Cet adage qui prétend que
On ne peux pas faire d’omelette
Sans briser quelques millions d’oeufs

Cueillons des cerises pour la commune
Et pour les rêves de Jaurés
Pour ces gamins morts pour des prunes
Mon fils, de Verdun aux Aurès

Bien sûr, à par quelques saints, quelques sages
Que de haine que de mépris
Le vingtiéme siécle a des plages
Où la peur pousse encore des cris
Les savants sont les nouveaux prêtres
Déjà qu’ils nous ont tué Dieu
Ils veulent devenir nos maîtres
Au service des gens heureux

Cueillons des cerises pour la commune
Et pour les rêves de Jaurès
Des cimetières où sous la lune
Mon fils on en creuse sans cesse

Post-scriptum : dans cette missive
La liste n’est pas exhaustive
Mon fils

Даже если это не принято,
Я брошу несколько камней
В сад Робеспьера,
Того бессильного, лихорадочного и бледного человека,
Который убил всех своих друзей,
Который под видом свободы
Принял окончательное решение
По геноциду в Вандее¹,
И в Фуше, бесстыдного убийцу
Тысяч лионцев.
Со временем он стал шефом легавых
У могущественного корсиканца.
И в Наполеона, этого Бонапарта,
Который играл в императора,
А потом поставил Европу на карту
В плохом настроении.

Соберем же вишню для коммуны²
И ради мечтаний Жореса³.
Кладбища под луной⁴,
Где мы, мой сын, последовательно эти мечты закапываем.

Увы, Гитлерами полна история
От Нерона до Пиночета.
Сталин заставил нас поверить
В будущее, которое поет.
Мао, Савонарола,
Торквемада, Франко.
Когда кто-то из гражданских делает заявление,
У меня по спине бегут мурашки.
Я добавляю господ Форда и Рокфеллера.
Это короли американского пути,
Это убийцы, которые не похожи на убийц,
Это палачи мирного времени.
Я ненавижу шаблонную фразу,
Эта поговорка утверждает, что
Мы не можем приготовить омлет,
Не разбив несколько миллионов яиц.

Соберем же вишню для коммуны
И для мечтаний Жореса
Ради тех детей, которые умерли понапрасну,
Мой сын, от Вердена до Ореса⁵.

Если не считать нескольких святых, пары мудрецов
Сколько ненависти, сколько презрения.
В двадцатом веке есть пляжи,
Где до сих пор кричит страх.
Ученые — новые священники.
Теперь, когда они нам убили Бога,
Они хотят стать нашими хозяевами
Во имя счастливых людей.

Соберем же вишню для коммуны
И ради мечтаний Жореса.
Кладбища под луной,
Где мы, мой сын, последовательно эти мечты закапываем.

Постскриптум: в этом послании
Список не является исчерпывающим,
Мой сын.