Перевод песни Knokke le Zoute tango (Jacques Brel)

Les soirs où je suis argentin
Je m'offre quelques Argentines
Quitte à cueillir dans les vitrines
Des jolis quartiers d'Amsterdam
Des lianes qui auraient ce teint de femme
Qu'exportent vos cités latines
Ces soirs-là je les veux félines
Avec un rien de brillantine
Collé au cheveu de la langue
Elles seraient fraîches comme des mangues
Et compenseraient leurs maladresses
A coups de poitrine et de fesses

Mais ce soir y a pas d'Argentines
Y a pas d'espoir
Et y a pas de doute non
Ce soir il pleut sur Knokke-le-Zoute
Ce soir comme tous les soirs
Je me rentre chez moi
Le coeur en déroute
Et la bite sous le bras

Les soirs où je suis espagnol
Petites fesses grande bagnole
Elles passent toutes à la casserole
Quitte à pourchasser dans Hambourg
Des Carmencitas de faubourg
Qui nous reviennent de vérole
Je me les veux fraîches et joyeuses
Bonnes travailleuses sans parlote
Mi-andalouses mi-onduleuses
De ces femelles qu'on gestapotte
Parce qu'elles ne savent pas encore
Que Franco est tout à fait mort

Mais ce soir y a pas d'Espagnoles
Y a pas de casserole
Et y a pas de doute non
Ce soir il pleut sur Knokke-le-Zoute
Ce soir comme tous les soirs
Je me rentre chez moi
Le coeur en déroute
Et la bite sous le bras

Les soirs où je suis Caracas
Je Panama je Partagas
Je suis le plus beau je pars en chasse
Je glisse de palace en palace
Pour y dénicher le gros lot
Qui n'attend que mon coup de grâce
Je la veux folle comme un travelo
Découverte de vieux rideaux
Mais cependant évanescente
Elle m'attendrait depuis toujours
Cerclée de serpents et de plantes
Parmi les livres de Dutourd

Mais ce soir y a pas de Caracas
Y a pas de t'évanescente
Et y a pas de doute non
Ce soir il pleut sur Knokke-le-Zoute
Ce soir comme tous les soirs
Je me rentre chez moi
Le coeur en déroute
Et la bite sous le bras

Mais
Demain
Oui peut-être que
Oh peut-être que demain
Je serai argentin
Oui
Je m'offrirai des Argentines
Quitte à cueillir dans les vitrines
Des jolis quartiers d'Amsterdam
Des lianes qui auraient ce teint de femme
Qu'exportent vos cités latines
Demain je les voudrai félines
Avec ce rien de brillantine
Collé au cheveu de la langue
Elles seront fraîches comme des mangues
Et compenseront leurs maladresses
A coups de poitrine et de fesses

Demain je serai espagnol
Petites fesses grande bagnole
Elles passeront toutes à la casserole
Quitte à pourchasser dans Hambourg
Des Carmencitas de faubourg
Qui nous reviendront de vérole
Oh je les voudrais fraîches et joyeuses
Bonnes travailleuses sans parlote
Mi-andalouses mi-onduleuses
De ces femelles qu'on gestapotte
Parce qu'elles ne savent pas encore
Que Franco est tout à fait mort

Les soirs où je suis Caracas
Je Panama je Partagas
Je suis le plus beau je pars en chasse
Je glisse de palace en palace
Pour y dénicher le gros lot
Qui n'attend que mon coup de grâce
Je la veux folle comme un travelo
Découverte de vieux rideaux
Mais cependant évanescente
Elle m'attendrait depuis toujours
Cerclée de serpents et de plantes
Parmi les livres de Dutourd.

Вечерами, когда я аргентинец¹
Я покупаю себе несколько аргентинок,
Даже если приходится подбирать их в витринах
Веселых кварталов Амстердама²
Лианы цвета женщины,
Их поставляют ваши латинские города.
Такими вечерами я хочу этих кошечек
С капелькой бриллиантина³
Сглаживающей трудности в общении.
Они свежи как манго
И компенсируют свою неопытность
Тем, какие у них груди и ягодицы.

Но сегодня вечером здесь нет ни аргентинок,
Ни надежды на них,
Нет, этим вечером,
Этим вечером в Knokke-le-Zoute дождь,
Как и всеми другими вечерами
Я возвращаюсь домой,
На сердце тоска
И член на замке.

Вечерами, когда я испанец,
Узкие бедра, большой драндулет,
Они мне все отдаются.
Разъезжаю по Гамбургу,
Преследуя этих пригородных Карменсит,
От которых у нас сифилис.
Я хочу их, ярких и веселых,
Мастериц своего дела, не болтливых,
Угловатых андалусок.
Этим самкам устраивают гестапо
Потому что они даже не знают,
Что Франко уже давно мертв.

Но сегодня вечером здесь,
И это совершенно точно,
Нет ни испанок,
Ни отдающихся,
Нет, этим вечером,
Как и всеми другими вечерами
В Knokke-le-Zoute дождь,
Я возвращаюсь домой,
На сердце тоска
И член на замке.

Вечерами, когда я венесуэлец из Каракаса,
В панаме и с сигарой марки Partagas,
Я неотразим.
Выхожу на охоту,
Прогуливаюсь мимо роскошных отелей
Чтобы выманить оттуда крупную дичь,
Которая только и ждет моего знака.
Я хочу ее, дуру, похожую на трансвестита,
Без этих ее старомодных занавесок.
Постепенно тающая,
В окружении змей и комнатных цветов,
Среди книг Дютура,
Она все-таки ждала бы меня потом всю жизнь.

Но сегодня вечером здесь,
И это совершенно точно,
Нет ни венесуэльца из Каракаса,
Ни тающей,
Нет, этим вечером,
Как и всеми другими вечерами
В Knokke-le-Zoute дождь,
Я возвращаюсь домой,
На сердце тоска
И член на замке.

Но
Завтра…
Да, может быть,
Может быть завтра
Я буду аргентинцем,
Да,
Я куплю себе аргентинок,
Даже если придется подбирать их в витринах
Веселых кварталов Амстердама,
Лианы цвета женщины,
Их поставляют ваши латинские города.
Завтра я буду хотеть этих кошечек
С капелькой бриллиантина,
Сглаживающей трудности в общении.
Они будут свежи как манго
И компенсируют свою неопытность
Тем, какие у них груди и ягодицы.

Завтра я буду испанцем,
Узкие бедра, большой драндулет,
Они все мне отдадутся.
Разъезжаю по Гамбургу,
Преследуя этих пригородных Карменсит
От которых у нас потом сифилис.
Я захочу их, ярких и веселых,
Мастериц своего дела, не болтливых,
Угловатых андалусок.
Этим самкам устраивают гестапо
Потому что они даже не знают,
Что Франко уже давно мертв.

Вечерами каракасца,
В панаме и с сигарой марки Partagas,
Я неотразим, выхожу на охоту,
Прогуливаюсь мимо роскошных отелей,
Чтобы выманить оттуда крупную дичь,
Которая только и ждет моего знака.
Я хочу ее, дуру, похожую на трансвестита,
Без этих ее старомодных занавесок.
Постепенно тающая,
В окружении змей и комнатных цветов,
Среди книг Дютура,
Она все-таки ждала бы меня потом всю жизнь.