Перевод песни Cattleman's gun (Dean Brody)

He rode into town one dust storm,
Sheepskin cloak across his back.
A preacher man with kind old eyes,
And a mystery for a past.
He said he'd come to teach about the love of God,
But he soon learned what they were missing there
Was justice and the law.

There was a cattleman who claimed
his clan owned all the land around.
And any brave fool who that might dispute,
He was quick to snuff 'em out.
He'd say, "Take my heed
and you won't pay the price.
'Cause honor and a name ain't worth a damn
if you don't have your life."

He'd say, "Ain't nobody faster
than this cattle man's gun.
I'm a rattlesnake on the trigger.
Your last stand'll
be lyin' in the sand,
Fallin' to the slam of my hammer."

So one man taught forgiveness,
While the other taught suffering.
The preacher said deliverance,
Could be found out on their knees.
He said, "I know that you want justice
And you want blood,
But believe me when I say to you,
Don't try and be that man's judge.

'Cause ain't nobody faster than that cattleman's gun,
He's a rattlesnake on the trigger,
Your last stand'll
be lyin' in the sand,
Fallin' to the slam of his hammer."

One day a young farmer
brought his sons to town for feed.
And he noticed that the streets were quiet,
and he knew what that might mean.
The smoke rose in the distance,
His farm burned to the ground.
He let the fury overtake him,
When Cattle Man came back to town.

Those boys ran out from behind the crowd,
And watched their daddy die,
The big man laughed and said, "Now look at that.
Anybody else wanna give it a try?"
Well, the church doors opened
with that black cloak flowin'
behind the preacher's fiery eyes.
He said, "Your ticket to Hell is a comin' to you,
And I got a hollow-point
to give you the ride."

And the only thing faster than the cattle man's gun,
Was the preacher's handy finger,
He pulled iron from his side and let that bullet fly,
Beat the rattlesnake to the hammer.

While the preacher embraced forgiveness,
Oh, they finally understood,
Under that sheepskin cloak of his,
Was a history of blood.

Он приехал в город во время песчаной бури,
Укутанный в овечью шкуру.
Священник с добрыми старыми глазами
И таинственным прошлым.
Он сказал, что приехал рассказать о любви Господа,
Но вскоре понял, что больше всего здесь нуждаются
В справедливости и законе.

Там был скотовод, который утверждал,
Что вся земля вокруг принадлежит его клану.
И любой смельчак, который осмеливался спорить,
Быстро испускал дух.
Он говорил: «Слушайтесь меня,
И тогда вам не придётся расплачиваться.
Поскольку честь и доброе имя ни черта не стоят,
Если вы лишитесь жизни».

Он говорил: «Нет ничего быстрее,
Чем ствол скотовода,
Я способен нажать на курок со скоростью гремучей змеи.
Ваш последний бой закончится тем,
Что вы будете лежать на песке,
Сраженные словно молотом».

Итак, один человек учил всепрощению,
Пока другой учил терпеть.
Священник говорил об избавлении,
Которое можно найти, преклонив колени.
Он сказал: «Я знаю, что вы хотите справедливости,
И возмездия,
Но поверьте мне,
Не стоит пытаться быть ему судьёй.

Поскольку нет ничего быстрее, чем ствол скотовода, —
Он способен нажать на курок со скоростью гремучей змеи.
Ваш последний бой закончится тем,
Что вы будете лежать на песке,
Сраженные словно молотом».

Однажды молодой фермер
Повёз своих сыновей в город за фуражом.
Он заметил, что на улицах слишком тихо,
И он знал, что это может значить.
Вдалеке поднимался дым, —
Его ферма сгорела дотла.
Он позволил гневу овладеть собой,
Когда скотовод вернулся в город.

Мальчики выбежали из толпы
И смотрели, как умирает их отец.
Здоровяк улыбнулся и сказал: «А теперь посмотрим,
Может кто-нибудь ещё хочет попробовать?»
Что ж, двери церкви отворились,
И чёрное одеяние взвилось
Позади пламенного взора священника.
Он сказал: «Твой билет в ад тебя заждался,
А у меня как раз есть разрывная пуля,
Чтобы отправить тебя в поездку».

Единственное, что оказалось быстрее, чем ствол скотовода, —
Ловкий палец священника.
Он успел первым нажать на курок и выпустить пулю,
Которая сразила скотовода словно молот.

Несмотря на то, что проповедник призывал к всепрощению,
Все наконец-то поняли,
Что под его овечьей шкурой
Скрывался боевой опыт.