Биография Burzum

Проект, который звучал как одиночество, а стал мифом сцены

Burzum — норвежский музыкальный проект, основанный в 1991 году в Бергене Варгом Викернесом. В разные периоды он подписывался как Varg Vikernes, а в ранней истории норвежского блэк-метала нередко фигурировал под псевдонимом Count Grishnackh. Burzum почти никогда не существовал как группа в привычном смысле: это была прежде всего индивидуальная студийная работа одного автора. При этом влияние Burzum на вторую волну норвежского блэк-метала и на дальнейшие направления вроде атмосферного блэка, эмбиента и dungeon synth обсуждают до сих пор — часто отдельно от личности создателя и вокруг неё одновременно.

Само слово burzum заимствовано из вымышленного Чёрного наречия в мире Толкина и переводится как тьма. Эта деталь кажется символической: музыка проекта действительно выстроена вокруг ощущения темноты, холода, изоляции и мифологического времени, где реальность и легенда перемешиваются. Тексты Burzum часто опираются на образы северной природы, фэнтези и скандинавской мифологии, а звучание менялось от сырого блэк-метала начала 1990-х к синтезаторным эмбиент-работам, записанным в тюрьме, и далее к поздним альбомам с неофолковыми и неосредневековыми оттенками.

Контекст: Норвегия начала 1990-х и рождение второй волны

Начало 1990-х в Норвегии стало временем, когда экстремальная музыка стремительно радикализировалась эстетически и идейно. Для второй волны блэк-метала были характерны намеренно низкое качество записи, резкий тембр гитар, монохромная визуальная символика и подчеркнутая «анти-гламурная» поза. Вокруг нескольких музыкантов и площадок сформировалась среда, которую позже описывали как сцена, а иногда — как закрытый круг, где музыка, личные конфликты и криминальные истории переплетались слишком тесно.

В этом круге Викернес был фигурой заметной: он пересекался с ключевыми участниками сцены, в том числе с музыкантами из Mayhem, а также общался с представителями других норвежских групп того времени. Именно в такой атмосфере Burzum быстро стал не просто очередным названием на кассете, а «голосом» определённого настроения: мизантропии, ночного холода и внутреннего монолога, который звучит громче любых лозунгов.

Первые записи: минимализм, сырость и запоминающиеся мелодии

Старт Burzum пришёлся на период, когда у норвежского блэк-метала ещё не было канонического учебника. Викернес записывал материал быстро, иногда почти потоком: первые релизы создавались в начале 1990-х, а ключевые ранние альбомы были записаны в 1992–1993 годах. Для музыки Burzum этого времени характерны простые, но цепкие риффы, повторяющиеся фигуры, гипнотическая структура и ощущение пространства, возникающее даже при предельно «грязном» звуке.

Ранний Burzum часто воспринимают как пример того, как из ограниченных технических средств можно сделать выразительную атмосферу. Композиции строятся на повторе и постепенном наращивании напряжения: один рифф может держаться минутами, но в этом повторе рождается не скука, а трансовость. В такой логике музыка становится похожей на пейзаж: он не меняется резко, но если долго смотреть, замечаешь движение света, облаков и теней.

Aske: символический жест и тень реальных событий

EP Aske (1993) для Burzum важен не только музыкой, но и символикой. Его обложка связана с резонансной историей вокруг поджогов церквей в Норвегии начала 1990-х: в описаниях релиза подчёркивают, что на фото — руины деревянной церкви Фантофт после пожара 1992 года. Сам Викернес в последующие годы неоднократно оказывался в центре обсуждений из-за уголовных дел, связанных с поджогами. Важно отметить, что вокруг отдельных деталей того периода существуют разные версии и интерпретации, а часть утверждений в публичном поле долго оставалась предметом споров.

Трагедия сцены и уголовное дело: факты, которые невозможно вычеркнуть

История Burzum неизбежно включает события, которые выходят далеко за пределы музыки. В августе 1993 года Викернес убил Øystein Aarseth (Euronymous) — гитариста Mayhem. В 1994 году норвежский суд признал его виновным в убийстве, а также в нескольких эпизодах поджогов церквей и связанных правонарушениях. Ему назначили 21 год лишения свободы — максимальное наказание по норвежскому законодательству. Сам Викернес на протяжении лет заявлял, что действовал в самообороне, однако суд квалифицировал дело иначе.

Для сцены это стало точкой невозврата: мифология «опасной музыки» столкнулась с реальностью насилия и преступлений. В дальнейшем имя Burzum часто упоминали одновременно с музыкальными характеристиками и с моральным вопросом: как воспринимать искусство, если его автор совершил тяжкое преступление и высказывался крайне радикально в общественно-политических темах. Однозначного ответа нет, но в истории экстремальной музыки это один из самых обсуждаемых примеров такого конфликта.

Filosofem: классика атмосферного блэка и «чёрное сияние» 1990-х

Filosofem считается одной из центральных работ Burzum и вообще второволнового блэк-метала. Альбом был записан в 1993 году, но вышел уже после вынесения приговора — в 1996-м. Эта временная «рассинхронизация» усилила легенду: музыка звучала как документ эпохи, которая уже закончилась, но ещё продолжала влиять на всё вокруг.

Filosofem известен тем, что сочетает намеренно лоу-файную эстетику с необычной для жанра протяжённостью и «воздушностью» тем. На пластинке есть треки, которые стали почти общежанровыми маркерами. Самый знаменитый из них — Dunkelheit. Композиция прославилась не скоростью и агрессией, а мелодией и ощущением ночного холода. Её часто описывают как момент, когда блэк-метал «научился» быть не только яростным, но и по-настоящему созерцательным.

Примечательно и то, что альбом воспринимают как эксперимент: часть материала уходит в эмбиент и почти медитативные структуры. Это не «интерлюдии» ради разнообразия, а полноценное развитие эстетики Burzum — будто автор пытается не усилить удар, а расширить пространство вокруг него.

Если бы лоу-фай был методом, а не недостатком

Ранний и средний Burzum часто приводят как пример того, что «плохая» запись может быть художественным выбором. На уровне восприятия лоу-фай здесь работает как туман: он скрывает детали, но усиливает силуэт. Гитары превращаются в плотный фон, ударные звучат сухо и резко, а вокал — как голос, который доносится откуда-то издалека. Такая подача делает музыку более абстрактной, и в этой абстракции слушатель начинает достраивать смысл сам — как в старой фотографии, где зерно становится частью сюжета.

Если свет забирает нас: второй ранний пик

Альбом Hvis lyset tar oss был записан в 1992 году, а выпущен в 1994-м. В нём Burzum звучит как цельная картина: длинные композиции разворачиваются постепенно, соединяя блэк-металическую основу с атмосферными вставками. Если Filosofem часто называют «воротами» в атмосферный блэк для широкой аудитории, то Hvis lyset tar oss — скорее «комната», где можно остаться надолго: музыка требует времени, но возвращает его ощущением масштаба.

В структуре композиций слышно стремление к эпосу: не в смысле пафоса, а в смысле длины дыхания. Здесь почти нет «припева» в поп-логике, зато есть развитие как у рассказа: начало задаёт пространство, середина сгущает тени, а финал оставляет послевкусие пустоты. Именно такие приёмы позже станут нормой для множества коллективов в атмосферном и депрессивном блэке, хотя сами эти ярлыки появятся значительно позже.

Тюремный период и поворот к эмбиенту

Заключение Викернеса стало не только жизненным переломом, но и музыкальным. В тюрьме он записал по меньшей мере два альбома, созданных преимущественно на синтезаторе: Dauði Baldrs (1997) и Hliðskjálf (1999). В публичных описаниях этих релизов подчеркивается, что использование инструментов было ограничено режимом, поэтому звук стал более «комнатным», а композиции — более минималистичными. Эти работы нередко относят к dark ambient и dungeon synth, хотя сам жанровый язык вокруг них тоже формировался постепенно.

Тюремный эмбиент Burzum — это не «релакс», а скорее саундтрек к мифологическому повествованию: мелодии ходят кругами, как будто повторяют заклинание. Здесь меньше «роковой» телесности — нет гитарной стены, нет привычного ударного удара — но остаётся чувство холода и дистанции. Для части аудитории именно эти альбомы стали ключом к Burzum: они показывают, что проект держится не на жанре, а на авторском ощущении мира.

Возвращение после освобождения: новые альбомы и новое звучание

В 2009 году Викернес вышел на свободу условно-досрочно. После этого Burzum вернулся к активной студийной деятельности: в 2010 году вышел Belus, затем Fallen (2011) и Umskiptar (2012). Эти альбомы заметно отличаются от ранних: звук чище, инструменты записаны более «полно», а композиции часто строятся не на одном риффе, а на чередовании тем и настроений.

При этом поздний Burzum не пытается «повторить 1993-й». Наоборот, чувствуется интерес к неофолку, к неосредневековой мелодике, к более спокойному темпу. Это музыка человека, который не столько участвует в сцене, сколько строит собственную систему координат — с рунами, легендами, образами древнего Севера и представлением о традиции.

Umskiptar (2012) стал крупной работой этого периода: он опирается на длинные формы и включает концептуальный элемент, связанный с древнескандинавским текстом. Даже слушатели, далекие от языка и первоисточников, отмечали, что альбом выстроен как повествование — не как набор треков, а как единый поток.

В 2014 году Burzum выпустил The Ways of Yore — релиз, который часто описывают как смесь эмбиента, фолка и неосредневековой атмосферы. Он продолжил линию, где важна не жанровая скорость, а состояние: как будто музыка пытается изобразить не событие, а долгую историческую память.

Burzum и «проблема автора»: как слушают проект в XXI веке

Вокруг Burzum давно существует напряжение между художественной ценностью релизов и биографией Викернеса. Его преступление начала 1990-х — установленный судом факт, который остаётся частью истории сцены. Кроме того, в последующие годы он неоднократно высказывался на общественно-политические темы крайне радикально, что усиливало репутацию «токсичной» фигуры и становилось причиной запретов, блокировок и отказа от сотрудничества со стороны разных площадок и организаций.

Из-за этого слушатели обычно делятся на несколько условных подходов. Одни принципиально избегают музыки Burzum, считая невозможным отделить её от автора. Другие разделяют музыку и личность, относя Burzum к «музейной полке» жанра: как бы ни относиться к Викернесу, записанное им повлияло на массу музыкантов. Третьи пытаются обсуждать проект строго как культурный феномен: как пример того, как экстремальная сцена может породить одновременно сильные произведения и разрушительные последствия.

Для музыкального сайта важно сохранять точность: Burzum действительно стал одной из ключевых точек влияния в блэк-метале, но история проекта включает тяжёлые и неоднозначные факты. Эта двойственность — часть реальности, и именно поэтому разговор о Burzum почти всегда выходит за рамки «нравится/не нравится».

Почему Burzum оказался настолько влиятельным

Есть несколько причин, по которым Burzum продолжают вспоминать как ориентир.

Во-первых, мелодический минимализм. Простые темы, повторяясь, превращаются в гипноз. Это повлияло на атмосферный блэк и на смежные сцены, где важнее состояние, чем техника.

Во-вторых, эстетика пространства. Даже при примитивной записи у Burzum чувствуется «место»: лес, ночь, даль, холод. Это качество трудно подделать, и многие последователи пытались воспроизвести именно его, а не конкретные риффы.

В-третьих, гибкость формы. Burzum легко переходил от металла к эмбиенту, не теряя узнаваемого «тона». Это помогло легитимизировать для части слушателей и музыкантов идею, что блэк-метал — не только жанр, но и настроение, которое может жить в разных инструментах.

В-четвёртых, мифология. История сцены и криминальный шлейф вокруг неё, как бы это ни звучало, сделали ранние релизы частью культурного мифа. Но миф здесь опасен: он может затмевать реальность. Поэтому разумнее помнить, что музыка — одно, а насилие и преступления — другое, и романтизировать второе не стоит.

Краткая дискография: вехи, которые чаще всего называют ключевыми

Если смотреть на Burzum как на длинный путь, обычно выделяют несколько «узловых» точек: ранний блэк-металический период начала 1990-х, тюремные эмбиент-альбомы и «возвращение» после 2009 года. Внутри каждой эпохи есть релизы, вокруг которых строится основная часть разговоров: Filosofem как культурный символ, Hvis lyset tar oss как образец атмосферной формы, Dauði Baldrs и Hliðskjálf как эмбиент-ответ на ограничения, а Belus/Fallen/Umskiptar как попытка продолжить проект в другой исторической и личной ситуации.

Наследие: музыка, которая продолжает спорить сама с собой

Burzum остаётся проектом, о котором редко говорят спокойно. Он связан с одной из самых мрачных страниц норвежской сцены, но одновременно подарил жанру язык меланхолии и пространства, которым пользуются десятилетиями. Возможно, главная причина долговечности Burzum в том, что его музыка устроена как состояние: её можно не поддерживать идейно, можно спорить с её мифологией, можно отвергать автора — но сам звуковой образ одиночества и холодной ночи оказался слишком сильным, чтобы исчезнуть из истории.

И всё же важнее всего — помнить границы. Музыкальное влияние не отменяет фактов биографии, а биография не обязана автоматически «обнулять» музыкальные приёмы, которые изменили сцену. Burzum остаётся примером того, как искусство и реальность могут вступить в конфликт, который не решается одной фразой — и именно поэтому разговор о нём продолжается.